Природа и цена бессмертия

«Среди глуповатого духовенства Старенького Света есть те, кто считает, что стать вурдалаком значит сначала умереть и утратить душу. Есть другие, считающие, что вурдалаки — не что другое как смертные существа, одержимые некоторым злым духом либо каким-то другим созданием королевства Хаоса. Сейчас, мой читатель, я открою для тебя, что ни один из этих Природа и цена бессмертия пугающих и жалких постулатов не верен. Мы — более живы и поболее истинные существа мира смертных, чем все другие.

Хотя В’соран и сам был величавым и могучим колдуном, мне кажется возможным, что его владелец во время изгнания каким-то образом смог поддерживать с ним контакт. Я полагаю, что Природа и цена бессмертия конкретно Нагаш, после того, как достигнул Противного моря, начал всасывать необработанный варп-камень и поглубже просочился в природу бессмертия, направлял В’сорана и Нефератему. Королева и ее старый жрец-советник не только лишь отыскали секрет нескончаемой юности, но также смогли вполне отделиться от королевства Хаоса, вобрав в себя Природа и цена бессмертия полностью все составляющие души и духа, находившегося в Эфире. Так в теле Нефератемы была заключена вся её личность и небольшой эфирный поток, либо дух, энергия.

Это предполагало не только лишь, что Нефератема и В’соран никогда не могли умереть по сути, но также означало, что их души надолго Природа и цена бессмертия останутся не досягаемыми для бесов и богов, так как были неразрывно связаны со смертными телами и стопроцентно разделены от Эфира. Они стали первыми вурдалаками.

Такое состояние дарило им, сначала, огромную энергию вампиров, позволяющую стопроцентно держать под контролем свои тела, и воистину гигантскую силу духа, волю и намерение, сохраняющую цельность их душ Природа и цена бессмертия, акху, соединенных с телами. На самом деле, они соединили своё кха с божественным саху в одно бессмертное тело, хотя с того денька и доселе ни один вурдалак не имеет тени, либо кхаибит, и даже не пробует её отбрасывать.

В то время как души других смертных созданий есть сразу и Природа и цена бессмертия в Эфире, и в физическом теле смертного, с душой вурдалака всё не так. Тогда как души других смертных частично сохраняют активную связь с Эфиром, для вампиров дело обстоит по другому: все элементы души вурдалака и его дух не связаны с Эфиром, а разделены от него. Хотя наши тела Природа и цена бессмертия могучи и полны энергии, Эфир закрыт для нас, и с течением времени наши души становятся такими прохладными, изнуренными и утомленными — особенность, которую никакой другой смертный не может осознать, и свойство, которое нельзя облегчить без очень специфического и осознанного вмешательства.

В отсутствии варп-камня и желания всасывать его, 1-ые представители нашего Природа и цена бессмертия вида, Нефератема и В’соран, формируя желания и способности по воле Нагаша, отыскали другое средство воскрешать свои души, которым не будет нужно воздействие субстанции Хаоса.

Итак, вурдалакам остаются только два метода оживления душ, в неприятном случае они погрузятся в болезненное и нескончаемое оцепенение: притягивать ветры магии, дующие по всему миру Природа и цена бессмертия смертных, либо завладевать секхем, которая связана с другими живыми созданиями.

Потоки эфирной энергии, либо секхем, циркулирующие в Нефератеме, В’соране ну и во всех вурдалаках, медлительно вытягивают эфирную энергию из конкретного окружения. Так как души вампиров настолько очень жаждут секхем, то их совсем не волнует сколько либо Природа и цена бессмертия каким образом она попала в их. Как часть этого процесса, вся секхем, либо мистика, втянутая в души и тела вампиров, быстро и скупо всасывается, сжимаясь в черную магию. Так что вурдалаки, оставаясь самими собой, совсем безотчетно будут растягивать всю доступную магию из той округи, где находятся, превращая её в Природа и цена бессмертия разрушительный Дхар.

Молвят, что это воистину небезопасно, ибо если вурдалак полагается на эту форму оживления души, то не только лишь находится в зависимости от неизменного поступления магии из окрестности, но также, что может быть важнее, большее количество Дхар, наполняющее душу, обладает негативными эффектами. В’соран, как и всё его потомство, пользовался Природа и цена бессмертия этой возможностью, и в итоге он и его некрархи могут питаться не так нередко, если вообщем питаются, но за отказ от кровожадности они заплатили ужасную стоимость. Их разум пострадал от неизменного и рьяного насыщения черной мистикой, также как тела их стали страшными и уродливыми. Нефератема, как и большая часть Природа и цена бессмертия других вампиров, другим методом получает животворную энергию для души, поглощая еще теплую кровь других смертных созданий. Итак, мы, вурдалаки, можем воскресить наши души незапятнанным методом, зачем совершенно не надо, чтоб неограниченное количество черной магии заполняло нашу суть, подвергая нас всем сопутствующим опасностям.

Стршная боль и несусветные мучения Природа и цена бессмертия голодного вурдалака воистину ужасны, еще посильнее чем голод либо жажда хоть какого смертного. Мы должны есть, чтоб отодвинуть наползающий на наши опустошенные души холод и снять бремя с сердца и сознания, чтоб не допустить вялость и изнеможение, либо же мы начинаем охотно вбирать в глубины сути черную магию, и равномерно терять Природа и цена бессмертия красоту и рассудок.

Это та стоимость, которую мы охотно платим за величайшие сокровища: присущую нам физическую и психологическую силу, и за бессмертие, свободное от вмешательства богов и демонов».

Вампиризм

«Хотя мы, вурдалаки, выглядим так же как люди, по сути мы совсем не похожи на человечий род и значительнее хоть Природа и цена бессмертия какого живущего смертного. Но, вместе с величием и бессмертием появляется опасность, и угрозой этой является суть вампиризма.

Невзирая на то, что большая часть из нас грациозны и великолепны, все вурдалаки обязаны быть хищниками. Многие вурдалаки просто не могут игнорировать жажду и обязаны всасывать живую кровь, так как, не Природа и цена бессмертия имея способности умереть, мы, если не питаемся, заместо этого рискуем пребывать вечность в вялом состоянии боли и мучения. Даже если б кто-то, ставший вурдалаком, в прошлой жизни не мог терпеть кровь, то наша ненатуральная жажда крови очень стремительно изменила бы его.

Все вурдалаки должны с осторожностью держать Природа и цена бессмертия под контролем голод. Контроль очень важен, ибо мы должны избегать безумия. Полностью возможно, что голод может победить нас, и мы рискуем выродиться в животных, как это вышло с отвратительными стригоями. Клич крови и физическая сила значит, что проявления нашего гнева ужасны. Мой родитель слабо контролировал себя и по малейшему поводу приходил Природа и цена бессмертия в убийственную ярость. Я помню, как его обыденный вид изменялся: в один момент вырастали острые как бритва клыки, а лицо приобретало животные черты. Его глаза озарялись внутренним светом, и обычного взора было довольно, чтоб вынудить даже храбрейшего смертного вояки убегать без оглядки.

Безизбежно, хотя я не мог бы именовать большего Природа и цена бессмертия тесты, но за те столетия, как вурдалак начнет пить кровь, его перестаёт тревожить погибель смертных созданий. Жалость, сочувствие и милосердие к тем, чью кровь мы должны пить, просто исчезают. В конце концов, родство с населением земли — менее чем видимость, ибо если мы не стареем, то те Природа и цена бессмертия, посреди кого мы живем, старятся, и становится глупо пробовать устанавливать связь с такими недолговечными созданиями, как люди. Вправду, только посмотрите на различия меж нами, бессмертными хищниками, и обычными людьми. Как мы можем позволить для себя ощущать жалость либо схожие чувства к людскому роду? Голод вынуждает нас прибегать к насильным мерам Природа и цена бессмертия, которые числятся безжалостными и даже каннибальскими, а наши физические и психологические возможности существенно превосходят способности жертв. И совершенно не умопомрачительно, что большая часть представителей моего вида считает всё население земли просто скотом.

Я вновь подчеркну — это событие очень давит на разум всех вампиров, как следует безумие, кажется, постоянно сопутствует многим родам Природа и цена бессмертия [кровным линиям]. Разумеется, что вампиризм не для полоумных либо нестойких духом. Нескончаемое бытие и неизменное внедрение черной магии безизбежно доведут слабовольного до заболевания и безумия. А потому мы не всякому дозволяем присоединиться к нашему бессмертному существованию.

Как люди страшатся и терпеть не могут нас, так же Природа и цена бессмертия они восторгаются нами. Многие, в особенности желающие учить искусство некромантии, пробуют отыскать нас, чтоб предложить свои услуги, так как мы обладаем чем-то, чего эти некроманты так жаждут: мы вправду бессмертны и можем наделять этим даром других. Возможно, кроме страшенных стригоев, мы вурдалаки всегда делаем выбор с большой осторожностью Природа и цена бессмертия. Нам необходимы либо товарищи в долгом и время от времени одиноком существовании, либо же, как это нередко бывает с потомством Абхораша и В’сорана, талантливейшие и жаждущие познаний ученики. Так что для приобщения к нашему бессмертному обществу мы избираем только самых разумных, самых прекрасных и самых сильных индивидов. Единственный Природа и цена бессмертия метод для вампиров передать величайший дар заключается в том, что мы называем Кровавым поцелуем. Наделяя этим расчудесным даром, мы, заместо того, чтоб высосать всю кровь из смертного, передаем часть собственной крови избраннику. Кажется, что избранник либо избранница на какое-то время смертельно заболевает, хотя длительность этого состояния очень различна. Но в конце Природа и цена бессмертия концов избранник подымается с одра заболевания уже как могучий бессмертный. Так как с кровью передавались элементы соединенных душ, то каждый первородный вурдалак Ламии передавал определённые черты личности и физических склонностей, которые, до некой степени, сохраняет всё его потомство.

Но, как я упоминал ранее, каждое новое поколение Природа и цена бессмертия вампиров слабее предшествующего, так что самыми великими вурдалаками всегда были старейшие, либо получившие дар от наистарейших. Старшие вурдалаки могут также наделить Кровавым поцелуем более чем одну особу, тогда как вурдалаки третьего, четвёртого и 5-ого поколения за все свое длительное существование способны дарить единственный Кровавый поцелуй.

Для вурдалака есть возможность наращивать Природа и цена бессмертия силу, пока по могуществу он не станет конкурировать с родоначальником, и состоит она в охоте на других вампиров и высасывании их крови. Чем могущественнее был вурдалак, у которого высасывалась кровь, тем огромную силу получал охотник. Часть силы и вампирского навыка жертвы передавались охотнику, что завлекало неких моих братьев.

Когда Природа и цена бессмертия в Мидденхейме я столкнулся с Волкмаром, растленным и окаянным бывшим теогонистом Зигмара, то полностью ясно сообразил, что поступлю очень мудро, если начну приумножать силу, пока не превзойду покойного родителя. Ибо, если смертный, вроде предшественника Волкмара, сумел одолеть особу настолько могущественную как мой родитель, другими словами возможность, что Волкмар, либо некий другой Природа и цена бессмертия смертный, сумеет победить и меня. Этого нельзя допустить. Я уже не буду тем, чем так длительно был после позора при Хел Фенне. Если я не могу извлечь урока из собственных поражений, то, очевидно, не достоин бессмертия. Вспоминая об этом, я сам нашел и высосал кровь у всех вампиров Природа и цена бессмертия собственной кровной полосы и рода, что позволило мне остаться самым могучим вурдалаком всей полосы Вашанеша и десятикратно прирастить свою мощь. Но я не успокоюсь. Я собираюсь разыскать потомство Абхораша и ламианских сестер, так как из всех родов [кровных линий], не считая моего собственного, они — менее испорчены, и от Природа и цена бессмертия их я смогу получить очень много».


pripev-presvyataya-bogorodica-spasi-nas.html
pripev-svyataya-blazhennaya-mater-kseniya-moli-boga-o-nas.html
pripev-svyatitel-otche-spiridon-moli-boga-o-nas.html